Жиганец Фима - Жемчужины босяцкой речи

гувернантки играли с детьми в игру "горячо - холодно" на немецком языке
(играючи, детишки легче усваивают правила грамматики): "А по-немецки эта
игра называется "Вода - огонь". Вода же по-немецки "вассер". Можно только
подивиться остроумию одесских биндюжников, перекрестивших исконно русское
"стоять на стреме" в изысканное "стоять на вассере"...
ОДНАКО ОДЕССКИЕ ГУВЕРНАНТКИ НЕ ВИНОВАТЫ в появлении "нехорошего" слова.
Ведь до "вассера" в жаргоне ХIХ века существовал его русский аналог -
"вода"! "Вода!" - вопили мазурики и каторжане, желая предупредить собратьев
о приближении опасности.
Даль отмечал в своем толковом словаре: "У воров, мошенников вода то же,
что в играх крик: огонь или горит, т.е. берегись, беги". Русскую "воду" Даль
так же, как Харон - немецкий "вассер", связывал с игрой "вода - огонь". Но
оба - ошибались.
Возникновение сигнала "вода" подробно раскрывает В. Крестовский в своем
романе "Петербургские трущобы" (1864):
Если какая-либо мошенническая операция производится на улице или во
дворе или же вообще в таком месте, где один сообщник может подойти к другому
и пройти мимо него, как посторонний человек, то в этих случаях употребляется
особенный лозунг, и употребляется он преимущественно тогда, когда надо
узнать, каково продвигается дело в начале: хорошо ли, удачно ли идет оно,
или предвидится опасность? Лозунгом служит как будто безотносительно
сказанное замечание о погоде, смотря по времени и по обстоятельствам. Слово
"погода", сказанное одним, непременно вызывает подходящий ответ другого.
Таким образом, если в ответ на погоду скажется серо, то это означает, что
пока еще неизвестно, как пойдет дело. Мокро и вода выражают полную
опасность...
Как легко заметить, эта практика городских мазуриков породила не только
"воду". Здесь мы различим и зачатки "мокрого дела", "мокрухи", "мокряка":
поначалу это значило опасную ситуацию, из которой можно выпутаться, только
совершив убийство. Позже любое убийство превратилось в "мокрое дело" (по
ассоциации с пролитием крови). Просматривается и уголовное словечко "серый"
в смысле "неясный", "непонятный", "подозрительный" - "серый тип"...
В ОДНОМ ЯКОВ ХАРОН ПРАВ: "вассер" попал в "блатную музыку"
действительно из Одессы. Случилось это в конце ХIХ - начале ХХ века, когда
приморский южный город стал крупным торговым центром и одновременно -
"мамой" босяков. В этот период преступный мир активно пополнился "одесским
уголовным набором", из числа местных еврейских ребят. Как отмечает
исследователь ГУЛАГа француз Жак Росси, "среди одесских блатных было много
евреев, и ряд блатных слов происходит из идиш, на котором они говорили". Так
что чудесное превращение воды в вассер - дело одесских евреев.
Это - не единственная подобная метаморфоза. Так же русский арестантский
сигнал опасности "шесть!" благодаря веселым одесситам превратился в "зекс!"
(на немецком и на идише sechs - шесть). Для справки: по одной из версий,
сигнал "шесть" информировал арестантов о приближении надзирателя (у которого
на рукаве было шесть нашивок). Одесский жаргон вообще здорово отличался от
общероссийского: вместо традиционного "по фене ботать" жулики даже
использовали для одесского сленга выражение "по соне ботать".
Новому слову пришлось выдержать суровую борьбу за место под блатным
солнцем. В 30-е годы "вассер" чувствует себя в босяцком языке достаточно
уверенно. Варлам Шаламов в очерке "Жульническая кровь" свидетельствует:
Блатной язык меняется время от времени. Смена словаря-шифра - не
процесс совершенствования, а средство самосохранения. Блатному миру
известно, что уголовный розыск изучает их язык. Человек, вошедший в "кодло"
и вздумавший изъясняться "блатной музыкой" двадцатых годов, когда говорили
"на стреме", "на цинку", вызовет подозрение у блатарей в тридцатых годах,
привыкшим к выражениям "на вассере" и т.д.
Варлам Тихонович, говоря о "словаре-шифре", рассуждает как человек,
далекий от блатного мира. Нелепость представления о воровском языке как о
"тайном" убедительно доказал другой лагерник - академик Д. С. Лихачев. Так
же нелепо и предположение, будто блатной мир заменяет в своем лексиконе
"тайные" слова, как только они становятся известны угрозыску или обретают
популярность в народе. Многие слова в жаргоне сохраняются на протяжении
веков: старославянское "гаман" (кошелек; в Древней Руси - кожаный пояс с
деньгами); "бабки", "шмон" (обыск), "маруха" (любовница, подруга) и сотни
других. Да и не может быть тайным язык, на котором общаются тысячи людей!
Ведь его знал и сам Шаламов - обычный гулаговский "фраер".
Конечно, в разное время одно и то же слово может быть более и менее
популярно. Так произошло и с "вассером". В начале 40-х годов он был почти
вытеснен словом-сигналом "атанда!". Через некоторое время "атанду" вытеснил
"атас". В нынешнем жаргоне остались и " атас", и "вассер", и даже
"устаревшие" (по Шаламову) "на стреме" и "на цинку".
Правда, под влиянием русских говоров "вассер" вытеснен формой "вассар":
так привычнее русском уху. То же самое произошло и со словом "мессер" ( от
немецкого Messer - нож). В русском блатном произношении оно звучит как
"месарь".
ГРЕШНО БУДЕТ НЕ УПОМЯНУТЬ О ВЫРАЖЕНИИ "ГОЛЫЙ ВАССАР" в значении
"напрасные усилия", "нет ничего". Или, как любят переиначить шутники, -
"голый Вася". С сигналами опасности он ничего общего не имеет. Хотя тоже
заимствован "блатными" из немецкого языка через одесский идиш. "Голый
вассар" буквально значит - "голая вода", то есть вода - и больше ничего. Это
- осмысление известного выражения "сидеть на хлебе и воде" (по-немецки - bei
Brot und Wasser). Нынче "голый вассар" прочно вошел в просторечную лексику.
"Там голый Вася ночевал" - скажет записной остряк, и вы поймете, что в
указанном месте ловить нечего...

ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ УДОВОЛЬСТВИЯ, ИЛИ ПАРИКМАХЕР И ЖУЛИК - БЛИЗНЕЦЫ-БРАТЬЯ

В ОДНОЙ ИЗ ЦЕНТРАЛЬНЫХ ГАЗЕТ была как-то опубликована беседа со вдовой
вора в законе. Журналист среди прочего поинтересовался, не помогают ли семье
покойного его бывшие собратья по клану. На что получил ответ:
Помощь предложили единицы. В их мире мало порядочных людей. Они скорее
дадут знать о себе, если надумают "выставить", то есть сорвать куш со вдовы
вора.
Оставим в стороне моральные соображения и оценки. Нас в данном случае
интересует словечко "выставить". Оно означает не только злонамеренный обман
несчастной вдовицы. У слова "выставить" более широкий смысл. Это значит -
обокрасть или обманом заполучить деньги, материальные ценности с жертвы.
"Выставим эту хату - и год будем гужеваться!" - уговаривает один жульман
другого, убеждая пойти на квартирную кражу.